Мы помним лозунг «Хватит кормить Кавказ»

фото Расул Кадиев Заведующий Лабораторией проблем пространственного развития Института проблем рынка РАН, к.э.н.

фото Расул Кадиев Заведующий Лабораторией проблем пространственного развития Института проблем рынка РАН, к.э.н.  Михаил Чернышов  ответил на ряд вопросов о развитии регионов Кавказа. Интервью было размещено на сайте  клуба «Развитие регионов: Стратегия-2050» .    Как вы оцениваете эффективность инвестиций в Чеченской  Республики (ЧР) за последние 10 лет? — Мы проводили исследования эффективности инвестиций регионов и макрорегионов РФ. Оговорюсь, что данные Росстата пока позволяют сделать расчеты только за 2018 год и ранее, но тенденции последних лет более-менее постоянны. Чеченская Республика – не лидер по эффективности инвестиций (в округе — чуть хуже, чем  в Ставропольском крае), но и не аутсайдер. В ее группе — Пермский край, г. Севастополь, Пензенская, Саратовская и Костромская области. В стране есть Крым, Калмыкия, Ивановская область, где показатели эффективности вдвое хуже. Есть субъекты, которые выглядят много лучше:   Санкт-Петербург, Москва, Калининградская, Московская, Тульская области, некоторые нефтегазовые регионы. В 2019 году объем инвестиций в экономику Чечни составил 82,6 млрд рублей – это хороший средний уровень. По фондовооруженности труда (в расчете на 1 занятого в экономике) Чечня выглядит чуть ниже среднего по РФ (в ЧР — 1,1 млн. руб., в РФ 2,9 млн. руб.), но в СКФО мало крупных предприятий и округ отстает от среднероссийского уровня, поэтому Чечня по данному параметру находится в середине рейтинга по СКФО.   Есть ли заметные результаты работы «Корпорации развития Северного Кавказа» и «Курортов Северного Кавказа»? Есть ли смысл в создании подобных структур? — Я неоднократно высказывался по вопросу перспектив подобных структур, в том числе названных Вами. Немного повторюсь. До воссоединения Крыма и Севастополя с Россией в высоких правительственных кабинетах серьезно делали ставку на привлечение огромных иностранных инвестиций в развитие регионов Северного Кавказа. В 2012 году на слушаниях в Общественной палате РФ я задал руководителю « Курортов Северного Кавказа » Ахмеду Билалову простой вопрос: « По нашим оценкам, для окупаемости проекта КСК необходимо в год обслуживать 20 млн. горнолыжников. В России этим видом спорта занимаются всего 200 тысяч человек. Откуда возьмутся оставшиеся? » Ответ был примерно таким: вот через несколько месяцев мы будем презентовать в Лондоне бизнес-план, тогда вы все и узнаете. К сожалению, руководство КСК сбежало за рубеж от уголовных дел  до этой  презентации. Лично я считаю, что проекты горнолыжных курортов изначально имеют сомнительную экономическую составляющую. Например, было очень забавно услышать, когда проектная стоимость номера в горнолыжном курорте « Матлас » в Дагестане была выше, чем у альпийского курорта в Швейцарии. Что касается института « корпораций развития », то их функция большей части юридическая – очистка земли и имущества от обременений, подготовка документов на активы для инвесторов. В реальности все выглядит гораздо занимательней. Например, в 2014 году Корпорации развития Дагестана выделили для дальнейшей перепродажи государственной земли (в Махачкале и на Каспийском побережье Дагестана) по стоимости в 11 раз ниже рыночной. Но даже при этом корпорация показывала убытки, в итоге ее руководитель получил реальный срок. Тем не менее, здравая идея дискредитирована криминальным исполнением. Институты развития нужны, но не нужно превращать их в «прачечные для « отмыва » госимущества и бюджетных средств».   До сих пор планы с многомиллиардными инвестициями успехом в Чечне не увенчались. «Ведучи» так и не стали крупных горнолыжным курортом, хотя ОЭЗ была организована ещё в 2013 году. С чем это связано? — Должен сказать, что «Ведучи» первоначально не входил в проект «Курорты Северного Кавказа». Свой вывод я уже высказал: слишком много курортов, слишком мало горнолыжников. И никто не объясняет причины, по которым горнолыжники предпочтут Северный Кавказ альпийским или сочинским аналогам. Я не против развития этого направления: есть много неплохих мест в Кабардино-Балкарии, с 2008 года в Дагестане работал горнолыжный курорт « Чиндирчеро », который не получил ни копейки бюджетных средств. Проблема в том, что вместо поддержки действующих предпринимателей государственные чиновники пытаются строить какие-то « дутые » мегапроекты.    При каких условиях недавно образованный единый институт развития Кавказ.РФ, заменивший курорты Северного Кавказа и корпорацию развития Северного Кавказа, может стать достаточно независимым, или он будет представлять бизнес-интересы кавказских властей? — То, что мы видим сегодня – это попытка санации неудавшегося мегапроекта десятилетней давности. Институту развития нужно заниматься, кроме уже обозначенного юридического блока, очень долгой и кропотливой работой по организации диалога бизнеса, инвесторов, региональных и местных властей, населения, находит общие точки для проектов развития, выступать третейской стороной в спорах, гарантом инвестиций и договоренностей. Эта работа не предусматривает многомиллиардных ресурсов, а скорее многолетней добросовестной работы. Но этот путь не очень популярен для госструктур и госкорпораций. Оправдают ли себя будущие инвестиции почти на  ₽ 100 млрд? — Чтобы был ясен порядок цифр. Мы делали для регионов СКФО  расчеты необходимого объема инвестиций, чтобы в течение 10 лет преодолеть отставание в фондоворуженности труда от среднероссийского. Например, для Дагестана сумма составляет 2 трлн руб. или 200 млрд рублей в год. Названная вами сумма не решает проблемы развития округа. Что касается, федеральных инвестиций, то если вспомним многострадальную госпрограмму развития СКФО, то в 2011 году, когда Минрегион вносил этот документ в правительство предполагалось: 2,6 трлн. — из федерального бюджета, 195 млрд. из бюджетов регионов и 1,1 трлн. — из внебюджетных источников. Принятый в 2014 году документ «перевернул концепцию» и на 235 млрд рублей из федерального бюджета, нужно было привлечь 2,3 трлн. рублей внебюджетных средств. Согласитесь, что соотношение 10 внебюджетных к 1 бюджетному рублю « избыточно оптимистично » для СКФО. В последние годы правительство скорректировало цифры: 264 млрд из федерального бюджета и 192 млрд рублей иных инвестиций. Но на 7 регионов округа в год сумма ничтожная. На все госпрограммы по СКФО в 2019 году освоили 144 млрд рублей, из которых почти 80% составляют инвестиции в социальную сферу. По 15 млрд рублей направлено на сельское хозяйство. Суммарно на туризм, инновации, транспорт, промышленность — 6 млрд рублей. Получается, госпрограмма СКФО дает чуть больше 5 млрд бюджетных рублей на регион в год. Это явно не бюджет развития. Как показала прошлогодняя проверка Счетной палаты России, меры государственной поддержки СКФО не обеспечили ему опережающих темпов социально-экономического развития, а « каждый пятый объект в регионе проблемный, а каждый третий рубль вложен безрезультивно ». В целом согласен с выводом, но, по-прежнему, принимаются необоснованные решения и инвестиционные ресурсы «уходят в песок». Эти инвестиции должны создать чуть более 5800 рабочих мест — по  ₽ 17 млн на каждое. Не слишком ли дорого? — Высокопроизводительное рабочее место требует больших капитальных вложений. Поэтому, когда для Северного Кавказа в качестве приоритетов определяют туризм и сельское хозяйство, то у серьезных экономистов это вызывает лишь горькую усмешку. Для современного сельского хозяйства у республик СКФО слишком мало пригодных земель. Для того, чтобы жить за счет туризма нужно много туристов и мало населения. Обе этих отрасли имеют свои перспективы, но бюджет они не наполнят и большинство населения не накормят. Нужны другие, более реальные приоритеты. Есть и другая проблема: насколько будут окупаться эти вложения? Например, несколько лет назад в Дагестане построили Каспийский завод листового стекла. Построили за кредитные средства в два раза дороже, чем американцы за свой счет аналогичный завод в Рязани. Более 10 млрд рублей выделил ВЭБ под гарантии Минфина России. Сразу же после начала работы долги завода превысили его активы. В 2016 году завод перешел в собственность ВЭБа, затем в 2019 году пережил банкротство, и в начале текущего года был выкуплен АО «Салаватстекло» за 3,16 млрд рублей. Показатели объема инвестиций – хорошие, но эффективность – низкая. С учетом инфляции убытки государство по проекту составили выше 80%.   Почему государственная система стремится заниматься бизнесом, а не стимулирующими инвестициями? Что нужно сделать для того, чтобы исправить это и направить усилия на поддержку частного предпринимательства? — В настоящее время государство занимается бизнесом чаще всего из-за корыстных интересов принимающих решение чиновников. Беда в том, что их никто не призывает к ответу за провалы. Государственные миллиарды выделяются под откровенно провальные проекты, затем банкротство, ликвидация имущества. Но никто из чиновников и топ-менеджеров госбанков не несет ответственности за свои подписи на документах о выделении средств.  Данная проблема характерна не только для нашей страны. В США, Великобритании, странах Евросоюза время от времени появляются истории о том, что топ-менеджеры банков, инвестиционных фондов и крупных компаний « спускают в песок » миллиарды долларов своих акционеров и доверителей. Не всегда они несут наказания за это. Выход, на мой взгляд,  в том, чтобы дать бизнесу нормально работать, расти без угрозы « отъема », недорого кредитоваться, иметь свободный доступ на рынки. Государству нужно больше уделять внимание административной среде, чем «лезть в бизнес».   Почему нужно вообще столько инвестировать в Кавказ? — Вопрос не праздный. Мы помним лозунг « Хватит кормить Кавказ ». Парадокс в том, что жители регионов Северного Кавказа не особо заинтересованы в том, чтобы нефтегазовые миллиарды шли на поддержание их бедности. Учителя, врачи и даже госслужащие в кавказских регионах получают в разы меньше, чем во многих других регионах. К счастью, в республиках многие сельские жители еще не разучились работать и мало употребляют спиртного. Сильны социальные связи, родственники помогают друг другу. Наблюдается позитивная демографическая динамика. Много детей, молодежи. Люди – главный ресурс Кавказа. Они хотят зарабатывать, не боятся брать на себя ответственность, создавать свой бизнес. Кавказ не растерял пассионарность и обладает огромным предпринимательским потенциалом. Проблема в том, что качество рабочей силы деградирует, а предприимчивость ограничена неблагоприятным деловым климатом, нехваткой инвестиционных ресурсов. Не мегапроекты сверху превратят Северный Кавказ из дотационных регионов в доноров, а предпринимательский успех десятков тысяч « бизнес-проектов » снизу. Эксперты обсудили ошибки развития агломераций в Дагестане   12.05.2021

Последние новости

В Дагестане впервые запущены автомобильные пятидневные туры по горным локациям

МАХАЧКАЛА, 15 июня – РИА «Дагестан». В Дагестане впервые запущены многодневные туры на автомобилях по горных туристическим локациям.

Более 140 человек выписали из больницы Буйнакска после госпитализации с ОКИ

Сегодня Председатель Правительства Республики Дагестан Абдулмуслим Абдулмуслимов провел заседание Оперативного штаба по ситуации с острой кишечной инфекцией в городе Буйнакске по поручению Главы региона Сергея Меликова.

Card image

Как они помогают управлять бюджетом и сэкономить

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Ваш email не публикуется. Обязательные поля отмечены *